Дядя Ваня — 4. Четвёртое действие¶
19. Не судьба¶
▶️¶
*Комната Ивана Петровича; тут его спальня, тут же и контора имения. У окна большой стол с приходо-расходными книгами и бумагами всякого рода, конторка, шкапы, весы. Стол поменьше для Астрова; на этом столе принадлежности для рисования, краски; возле папка. Клетка со скворцом. На стене карта Африки, видимо, никому здесь не нужная. Громадный диван, обитый клеенкой. Налево — дверь, ведущая в покои; направо — дверь в сени; подле правой двери положен половик, чтобы не нагрязнили мужики.— Осенний вечер. Тишина.
Телегин и Марина сидят друг против друга и мотают чулочную шерсть.*
Телегин¶
выходит из коридора и зовет «Марина Тимофеевна» Вы скорее, Марина Тимофеевна, а то сейчас позовут прощаться. Уже приказали лошадей подавать.
Марина¶
(старается мотать быстрее) Немного осталось. Смотрит влевои задумалась
Телегин смотрит вправо
Задумались
Телегин¶
В Харьков уезжают.
Няня смотрит на Телегина
Там жить будут.
Марина¶
в зал, кивает И лучше.
Телегин¶
поднял руки, полушепотом и прижал к себе пряжу Напужались…
Няня удивилась ему и оправила
исправился вернул пряжу назад, для работы Елена Андреевна «одного часа, говорит, не желаю жить здесь…
Няня положила клубок и узелок чинит
уедем да уедем… Поживем, говорит, в Харькове, оглядимся и тогда за вещами пришлем…»
Няня чинит узел
Встал, обошел Няню спереди и поднял пряжу на уровне глаз Няни, слева от нее Налегке уезжают. Значит, Марина Тимофеевна, не судьба им жить тут.
Няня занялась клубком
говорит в зал Не судьба… опустил руки, медленно Фатальное предопределение.
Марина¶
растревожилась, говорит в зал И лучше. Давеча подняли шум, пальбу —
Телегин быстро развернулся на Няню, желая продолжить тему
срам один!
Телегин¶
смутился своего рвения Да, сюжет, достойный кисти Айвазовского. попятился чуть назад
Марина¶
повернулась резво к Телегину Глаза бы мои не глядели. клубок улетел
Телегин помогает поднять клубок
Пауза.
шагнули вместе вперед Опять заживем, как было, по-старому. Утром в восьмом часу чай, в первом часу обед, шаг вправо вечером — ужинать садиться; Села на причал все своим порядком, как у людей…
Телегин сел
по-христиански.
Телегин кивает
помотала чуть клубок
(Со вздохом.) Давно уже я, грешница, лапши не ела.
Телегин¶
развернулся всем корпусом на Няню Да, давненько у нас лапши не готовили.
Няня пожала плечами, приняла на свой счет
Пауза.
в зал Давненько…
Няня матнула пряжу
опустил руки
Няня слушает
Начинает активно и широко махать руками, чтобы быстрее смотать пряжу Задумался и вздохнул Сегодня утром, Марина Тимофеевна, иду я деревней, а лавочник мне вслед: в левую сторону «Эй, ты, приживал!»
Няня коснулась плеча Телегина
в зал И так мне вскочил горько стало!
Няня поднялась
Марина¶
А ты без внимания, батюшка.
убрала руку на клубок положилаВсе мы у бога приживалы. Как ты, как Соня, как Иван Петрович — матает клубок никто без дела не сидит, все трудимся! Все… матает клубок Где Соня?
Телегин¶
В саду. С доктором все ходит, Ивана Петровича ищет. Боятся, как бы он на себя рук не наложил.
Марина¶
Повернулась на телегина А где его пистолет?
Телегин¶
(шепотом)
опустил рукиЯ в погребе спрятал!
Марина¶
(с усмешкой) Грехи! Села сама и посадила Телегина на причал
20. Морфий¶
Входят со двора Войницкий и Астров.
Войницкий¶
Оставь меня. (Марине и Телегину.)
Няня и Телегин вскочили
Уйдите отсюда,
Телегин идет к Ване, думая его примирить
оставьте меня одного хоть на один час!
Няня отдала Телегину клубок
Я не терплю опеки.
Телегин¶
пятится к сцене и боком уходит в коридор Сию минуту, Ваня. (Уходит на цыпочках.)
Марина¶
шаг к Ване, влево Гусак: го-го-го! (Собирает шерсть и уходит.) Развернулась идти через зал, но потом поняла что нужно идти в коридор
Войницкий¶
Оставь меня!
Астров¶
С большим удовольствием, мне давно уже нужно уехать отсюда, но, повторяю, я не уеду, пока ты не возвратишь того, что взял у меня.
▶️¶
Войницкий¶
Я у тебя ничего не брал.
Астров¶
Серьезно говорю — не задерживай. Мне давно уже пора ехать.
Войницкий¶
Ничего я у тебя не брал.
Оба садятся.
Астров¶
Да? Что ж, погожу еще немного, а потом, извини, придется употребить насилие. Свяжем тебя и обыщем. Говорю это совершенно серьезно.
Войницкий¶
Как угодно.
Пауза.
Разыграть такого дурака: стрелять два раза и ни разу не попасть! Этого я себе никогда не прощу!
Астров¶
Пришла охота стрелять, ну, и палил бы в лоб себе самому.
Войницкий¶
(пожав плечами) Странно. Я покушался на убийство, а меня не арестовывают, не отдают под суд. Значит, считают меня сумасшедшим. (Злой смех.) Я — сумасшедший, а не сумасшедшие те, которые под личиной профессора, ученого мага, прячут свою бездарность, тупость, свое вопиющее бессердечие. Не сумасшедшие те, которые выходят за стариков и потом у всех на глазах обманывают их. Я видел, видел, как ты обнимал ее!
Астров¶
Да-с, обнимал-с, а тебе вот. (Делает нос.)
Войницкий¶
(глядя на дверь) Нет, сумасшедшая земля, которая еще держит вас!
Астров¶
Ну, и глупо.
Войницкий¶
Что ж, я — сумасшедший, невменяем, я имею право говорить глупости.
Астров¶
Стара штука. Ты не сумасшедший, а просто чудак. Шут гороховый. Прежде и я всякого чудака считал больным, ненормальным, а теперь я такого мнения, что нормальное состояние человека — это быть чудаком. Ты вполне нормален.
Войницкий¶
(закрывает лицо руками) Стыдно! Если бы ты знал, как мне стыдно! Это острое чувство стыда не может сравниться ни с какою болью. (С тоской.) Невыносимо! (Склоняется к столу.) Что мне делать? Что мне делать?
Астров¶
Ничего.
Войницкий¶
Дай мне чего-нибудь! О, боже мой… Мне сорок семь лет; если, положим, я проживу до шестидесяти, то мне остается еще тринадцать. Долго! Как я проживу эти тринадцать лет? Что буду делать, чем наполню их? О, понимаешь… (судорожно жмет Астрову руку) понимаешь, если бы можно было прожить остаток жизни как-нибудь по-новому. Проснуться бы в ясное, тихое утро и почувствовать, что жить ты начал снова, что все прошлое забыто, рассеялось, как дым. (Плачет.) Начать новую жизнь… Подскажи мне, как начать… с чего начать…
Астров¶
(с досадой) Э, ну тебя! Какая еще там новая жизнь! Наше положение, твое и мое, безнадежно.
Войницкий¶
Да?
Астров¶
Я убежден в этом.
Войницкий¶
Дай мне чего-нибудь… (Показывая на сердце.) Жжет здесь.
Астров¶
(кричит сердито) Перестань! (Смягчившись.) Те, которые будут жить через сто, двести лет после нас и которые будут презирать нас за то, что мы прожили свои жизни так глупо и так безвкусно,— те, быть может, найдут средство, как быть счастливыми, а мы… У нас с тобою только одна надежда и есть. Надежда, что когда мы будем почивать в своих гробах, то нас посетят видения, быть может, даже приятные. (Вздохнув.) Да, брат. Во всем уезде было только два порядочных, интеллигентных человека: я да ты. Но в какие-нибудь десять лет жизнь обывательская, жизнь презренная затянула нас; она своими гнилыми испарениями отравила нашу кровь, и мы стали такими же пошляками, как все. (Живо.) Но ты мне зубов не заговаривай, однако. Ты отдай то, что взял у меня.
Войницкий¶
Я у тебя ничего не брал.
Астров¶
Ты взял у меня из дорожной аптеки баночку с морфием.
Пауза.
Послушай, если тебе, во что бы то ни стало, хочется покончить с собою, то ступай в лес и застрелись там. Морфий же отдай, а то пойдут разговоры, догадки, подумают, что это я тебе дал… С меня же довольно и того, что мне придется вскрывать тебя… Ты думаешь, это интересно?
Входит Соня.
Войницкий¶
Оставь меня.
Астров¶
(Соне) Софья Александровна, ваш дядя утащил из моей аптеки баночку с морфием и не отдает. Скажите ему, что это… неумно, наконец. Да и некогда мне. Мне пора ехать.
Соня¶
Дядя Ваня, ты взял морфий?
Пауза.
Астров¶
Он взял. Я в этом уверен.
Соня¶
Отдай. Зачем ты нас пугаешь? (Нежно.) Отдай, дядя Ваня! Я, быть может, несчастна не меньше твоего, однако же не прихожу в отчаяние. Я терплю и буду терпеть, пока жизнь моя не окончится сама собою… Терпи и ты.
Пауза.
Отдай! (Целует ему руки.) Дорогой, славный дядя, милый, отдай! (Плачет.) Ты добрый, ты пожалеешь нас и отдашь. Терпи, дядя! Терпи!
Войницкий¶
(достает из стола баночку и подает ее Астрову) На, возьми! (Соне.) Но надо скорее работать, скорее делать что-нибудь, а то не могу… не могу…
Соня¶
Да, да, работать. Как только проводим наших, сядем работать…
(Нервно перебирает на столе бумаги.) У нас все запущено.
Астров¶
(кладет баночку в аптеку и затягивает ремни) Теперь можно и в путь.
21. Финита¶
Елена Андреевна¶
(входит) Стоит по центру сцены Иван Петрович, вы здесь? Мы сейчас уезжаем. шаг вперед на зал Идите к Александру, он хочет что-то сказать вам.
Соня¶
Иди, дядя Ваня. (Берет Войницкого под руку.) Пойдем. Папа и ты должны помириться. Это необходимо.
Соня и Войницкий уходят.
Елена Андреевна¶
встала перед забором, рука к Астрову Я уезжаю. (Подает Астрову руку.) пожала руку Астрова Прощайте.
Астров¶
Уже?
Елена Андреевна¶
Лошади уже поданы.
Астров¶
Прощайте.
▶️¶
Елена Андреевна¶
Сегодня вы обещали мне, что уедете отсюда.
Астров¶
Я помню.
Елена Голова на Астрова
Сейчас уеду.
Елена Начинает уходить мимо Астрова на лево
Пауза.
Испугались? (Берет ее за руку.) схватил Елену за руку
Елена в зал развернулась
Разве это так страшно?
Елена Андреевна¶
поворачивается на Астрова Да.
Астров¶
Схватил Елену второй рукой А то остались бы! А? Завтра в лесничестве…
Елена Андреевна¶
Опустила руки Нет… Уже решено… руки убрала за спину И потому я гляжу на вас так храбро, что уже решен отъезд… пятится вправо к черному окну Я об одном вас прошу: думайте обо мне лучше. в зал Мне хочется, чтобы вы меня уважали.
Астров¶
Э! (Жест нетерпения.) Вышел на причал Останьтесь, прошу вас.
Елена села за стол на табурет
сел на лавку на плите у складного стола Сознайтесь, делать вам на этом свете нечего, цели жизни у вас никакой, занять нам своего внимания нечем, закрыл книгу на столе и, рано или поздно, все равно поддадитесь чувству — это неизбежно. Встал…
Елена встала из-за стола
Так уж лучше это не в Харькове и не где-нибудь в Курске, а здесь, на лоне природы… Встал за Еленой Поэтично, по крайней мере, даже осень красива…
Елена развернулась на Астрова, левая рука к Астрову
схватил Елену за руку и пятится-тянет Елену на середину блоков Здесь есть лесничество, полуразрушенные усадьбы во вкусе Тургенева…
Елена Андреевна¶
Какой вы смешной… Вырывает свою руку, размашисто Я сердита на вас, но все же… рука к голове буду вспоминать о вас с удовольствием.
Астров уже за забором
Вы интересный, указывает рукой на Астрова оригинальный человек. Больше мы с вами уже никогда не увидимся, постукивает по забору а потому — вышла на центр сцены зачем скрывать? руки в сторону в зал Я даже увлеклась вами немножко. Ну, давайте пожмем друг другу руки Шаг за Астрова и разойдемся друзьями. напротив Астрова Не поминайте лихом. Рука к Астрову
▶️¶
Астров (пожал руку).¶
Да, уезжайте… (В раздумье.) Разворачивается с Еленой на 180° Как будто бы вы и хороший, душевный человек, но как будто бы и что-то странное во всем вашем существе. Прижал руку Елены к Себе, Коснулись ладонями - отпустили и вновь коснулись Вот вы приехали сюда с мужем,
Елена села на край лавки на плите
и все, которые здесь работали, копошились, создавали что-то, должны были побросать свои дела и все лето заниматься только подагрой вашего мужа и вами. Оба — он и вы — заразили всех нас вашею праздностью. Я увлекся,
Елена отвернулась и оперлась на складной стол
целый месяц ничего не делал, а в это время люди болели, в лесах моих, лесных порослях, мужики пасли свой скот… Итак, куда бы ни ступили вы и ваш муж, всюду вы вносите разрушение…
Елена протерла стол рукой движением к Астрову
Я шучу, конечно, но все же… странно, и я убежден,
Елена поднимается за забор, прислоняется к стене, смотрит на стол-карту-карандаш
что если бы вы остались, то опустошение произошло бы громадное. И я бы погиб, да и вам бы… несдобровать.
Елена берет карандаш и крутит его в руке
Ну, уезжайте. Finita la commedia!
Елена Андреевна¶
(берет с его стола карандаш и быстро прячет) постучала карандашом по забору Этот карандаш я беру себе на память.
Астров¶
Как-то странно… Были знакомы и вдруг почему-то… никогда уже больше не увидимся. Так и всё на свете…
Елена стоит на ступеньках подиума за забором, спиной к залу
Пока здесь никого нет, пока дядя Ваня не вошел с букетом, позвольте мне… поцеловать вас…
Елена опустила голову
На прощанье…
Елена подняла голову
Да? (Целует ее в щеку.) Ну, вот… и прекрасно.
Елена Андреевна¶
спустилась на сцену, прошла за Астровым влево Желаю вам всего хорошего. (Оглянувшись.) развернулась на угол сцены, влево Куда ни шло, раз в жизни! (Обнимает его порывисто, и оба тотчас же быстро отходят друг от друга.) по параболе прошла за спиной Астрова и обняла его со спины
Астров развернулся на Елену
вместе с Астровым повернулсь на 90° развернулась в зал, глова к Астрову Надо уезжать.
Астров¶
Поворачивает голову Елены на себя Уезжайте поскорее.
Елена опирается лбом в грудь Астрова
Если лошади поданы, то отправляйтесь.
Елена Андреевна¶
Сюда идут, кажется. ушла в угол сцены
Оба прислушиваются.
Астров¶
идет к белому подокнику Finita!
22. Отъезд¶
▶️¶
январь: https://disk.yandex.ru/i/VsWCTZ55Of9pgA февраль: https://disk.yandex.ru/i/rLjNlvbB0q-QJQ март: https://disk.yandex.ru/i/571u3-oEGJj_4A
Елена стоит в углу сцены
Астров сидит на белом подоконнике
*Входят* через центральную дверь *Серебряков, Войницкий, Мария Васильевна с книгой, Телегин и Соня.*
Телегин выходит первым останавливается на ступеньках сцены, посмотрел на Елену потом на Астрова и садиться на лавку фланга
Ваня выходит вторым и встает перед левой кулисой
Серебряков¶
(Войницкому) начинает говорить из-за кулисы Кто старое помянет, вышел на блок, перед мостом тому глаз вон.
Соня выходит и поднимается на подиум, за забор
После того, что случилось, в эти несколько часов я так много пережил и столько передумал, что, кажется, мог бы написать в назидание потомству целый трактат о том, как надо жить. Я охотно принимаю твои из-ви-не-ни-я и сам прошу извинить меня. Прощай! (Целуется с Войницким три раза.)
Войницкий¶
Ты будешь аккуратно получать то же, что получал и раньше. спустился вниз у ступенек фланга Все будет по-старому.
Елена Андреевна обнимает Соню.
Серебряков¶
(целует у Марии Васильевны руку) Maman…
Мария Васильевна¶
(целуя его) Александр, снимитесь опять и пришлите мне вашу фотографию. Вы знаете, как вы мне дороги.
Телегин¶
Прощайте, ваше превосходительство! Нас не забывайте!
Серебряков¶
(поцеловав дочь) Прощай… Все прощайте! (Подавая руку Астрову.) Благодарю вас за приятное общество… Я уважаю ваш образ мыслей, ваши увлечения, порывы, но позвольте старику внести в мой прощальный привет только одно замечание: надо, господа, дело делать! Надо дело делать! (Общий поклон.) Всего хорошего! (Уходит; за ним идут Мария Васильевна и Соня.)
Маман встает с лавки и собирается спускаться по ступенькам причала достаешь из сумки платочек Ваня подходит к Маман и подает ей руку, помогая спуститься
Маман медленно идет по полу в коридор вытирая слезы платком, потом выглянув в коридор ищет Серебрякова и быстро сепшит за ним
Войницкий¶
(крепко целует руку у Елены Андреевны) Прощайте… Простите… Никогда больше не увидимся.
Елена Андреевна¶
(растроганная) Прощайте, голубчик. (Целует его в голову и уходит.)
Астров¶
(Телегину) Скажи там, Вафля, чтобы заодно кстати подавали и мне лошадей.
Телегин¶
Слушаю, дружочек. (Уходит.)
23. Тишина¶
Остаются только Астров и Войницкий.
▶️¶
Астров¶
сидит на белом подоконнике (убирает со стола краски и прячет их в чемодан) Что же ты не идешь проводить?
Войницкий¶
стоит на сцене по центру, перед дверью Пусть уезжают, а я… я не могу. Мне тяжело. прошел вперед к ширме Надо поскорей занять себя чем-нибудь… сел за конторку, копается в бумагах Работать, работать! (Роется в бумагах на столе.)
Пауза; слышны звонки.
Астров¶
Уехали. Профессор рад, небось. Его теперь сюда и калачом не заманишь.
Марина¶
(входит из коридора) Уехали. (Садится в кресло и вяжет чулок.) поднялась на сцену, к черному окну села на лавку, на подоконнике
▶️¶
Соня¶
(входит) Уехали. (Утирает глаза.) Дай бог благополучно. (Дяде.) Ну, дядя Ваня, давай делать что-нибудь.
Войницкий¶
Работать, работать…
Соня¶
Давно, давно уже мы не сидели вместе за этим столом. (Зажигает на столе лампу.) Чернил, кажется, нет… (Берет чернильницу, идет к шкапу и наливает чернил.) А мне грустно, что они уехали.
Мария Васильевна¶
(медленно входит) Уехали! (Садится и погружается в чтение.)
Соня¶
(садится за стол и перелистывает конторскую книгу) Напишем, дядя Ваня, прежде всего счета. У нас страшно запущено. Сегодня опять присылали за счетом. Пиши. Ты пиши один счет, я — другой…
Войницкий¶
(пишет) «Счет… господину…» Оба пишут молча.
Марина¶
(зевает) Баиньки захотелось…
Астров¶
Тишина. Перья скрипят, сверчок кричит. Тепло, уютно… Не хочется уезжать отсюда.
Слышны бубенчики.
Вот подают лошадей… Работник вышел из коридора сразу к причалу, где сидит Астрова, перебросился парой слов с ним, и ушел в коридор Остается, стало быть, проститься с вами, друзья мои, проститься со своим столом и — айда! (Укладывает картограммы в папку.)
Марина¶
Поднялась, положила руку на забор И чего засуетился? Сидел бы.
Астров¶
Нельзя.
Войницкий¶
(пишет) «И старого долга оста лось два семьдесят пять…»
Входит работник.
Работник¶
вышел из коридора, на центр пола Михаил Львович, не увидел Астрова, на подоконнике и растерялся Думал, что Астров уже вышел, хотел уйти в коридор,
Астров окликнул его
Увидел его за ширмой, поднялся на сцену лошади поданы.
Астров¶
Слышал. (Подает ему аптечку, чемодан и папку.) Вот, возьми это. Дал работнику Саквояж с подиума Спустился на сцену, обошел Работника со спины, встал слева от него и дал ему папку Руку положил на плечо Гляди, чтобы не помять папку.
Работник¶
Перестраивает папку, чтобы удобнее нести её Слушаю. (Уходит.)
Астров¶
Ну-с… (Идет проститься.)
Соня¶
Когда же мы увидимся?
Астров¶
Не раньше лета, должно быть. Зимой едва ли… Само собою, если случится что, то говорит Няне дайте знать — говорит Соне приеду. (Пожимает руки.) Спасибо за хлеб, за соль, за ласку…
Няня встала слева от ширмы/подиума
Схватился за забор рукой и выглянул со ступеньки подиума и поцеловал Няню одним словом, за все. (Идет к няне и целует ее в голову.) Прощай, старая.
Марина¶
Так и уедешь без чаю?
Астров¶
Не хочу, нянька.
Марина¶
Может, водочки выпьешь?
Астров¶
(нерешительно) Пожалуй…
Марина уходит. за подносом с рюмкой
(После паузы.) Моя пристяжная что-то захромала.
Соня поднимается в коморку Астрова, увидев что тот не забрал часы
Вчера еще заметил, когда Петрушка водил поить.
Войницкий¶
Перековать надо.
Астров¶
Придется в Рождественном заехать к кузнецу. Не миновать. (Подходит к карте Африки и смотрит на нее.) А, должно быть, в этой самой Африке теперь жарища — страшное дело!
Войницкий¶
Да, вероятно.
Марина¶
(возвращается с подносом, на котором рюмка водки и кусочек хлеба) Кушай.
Астров пьет водку.
На здоровье, батюшка. (Низко кланяется.) А ты бы хлебцем закусил.
Астров¶
Нет, я и так… Затем, всего хорошего! (Марине.) Не провожай меня, нянька. Не надо.
Он уходит; Соня идет за ним со свечой, чтобы проводить его; Марина садится в свое кресло.
24. Небо¶
Войницкий¶
(пишет) сидит за складным столом «Второго февраля масла постного двадцать фунтов… Шестнадцатого февраля опять масла постного двадцать фунтов… Гречневой крупы…»
Пауза. Слышны бубенчики.
Марина¶
Уехал.
Пауза.
>[!Видео] январь https://disk.yandex.ru/i/1ZlED9RcB4HI_w
Соня¶
(возвращается, ставит свечу на стол) выходит из коридора, поднимается по ступенькам сцены и встает перед забором на блоке Уехал…
Войницкий¶
(сосчитал на счетах и записывает) Итого… пятнадцать… двадцать пять…
Соня садится и пишет.
Соня берет с черного подоконника бумаги и идет к лавке, но Ваня хватает Соню за руку, останавливая ее
Марина¶
(зевает) Ох, грехи наши…
Телегин входит на цыпочках, садится у двери и тихо настраивает гитару.
Войницкий¶
(Соне, проведя рукой по ее волосам) Дитя мое, как мне тяжело!
Соня на коленях
гладит по голове О, если б ты знала, как мне тяжело!
Соня¶
Что же делать, надо жить! ==двумя руками взялась ==
Пауза.
говорит через зал Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный-длинный ряд дней, долгих вечеров; Взяла его за руку будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба;
ИП развернулся на зал
Встала за Ваней и держит его за плечи будем трудиться для других и теперь, и в старости, не зная покоя,
Ваня откинулся к Ане затылком
смотрит в зал а когда наступит наш час, мы покорно умрем и там за гробом мы скажем, Обняла Ваню, встав боком в зал, сведя руки на его правом плече, прислонившись к стене что мы страдали, что мы плакали,
Ваня положил голову на левую руку Сони, влево к окну
что нам было горько, Гладит его по плечу, правой рукой и бог сжалится над нами,
и мы с тобою, дядя, милый дядя,
увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную,
Ваня взял бумаги, чтобы начать работу
Вышла к мосту мы обрадуемся стоит на мосту и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, села на лавке, лицом в зал, спиной к Ване с улыбкой — и отдохнем. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно… (Становится перед ним на колени и кладет голову на его руки; утомленным голосом.) Мы отдохнем!
Ваня развернулся на Соню Телегин тихо играет на гитаре.
подтянула юбку и поставила ноги на жердочку Мы отдохнем! в зал Мы услышим ангелов,
мы увидим все небо в алмазах,
Ваня протянул левую руку к Соне
мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, чуть повернулась на Ваню
Ваня упал головой в стол
положила правую руку Ваню по руке, которое наполнит собою весь мир, гладит по его руке и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка.
Ваня встал у окна на ступеньке
Я верую,
Ваня посмотрел на Соню и сел в затоне
пододвинулась по лавке вперед верую… (Вытирает ему платком слезы.) Немного наклонилась вперед и увидела слезы вытирает слезу Вани тыльной стороной руки, Бедный, бедный дядя Ваня, ты плачешь… (Сквозь слезы.)
левой руку положила ему на правое плечо, чтобы он мог положить голову на предплечье Ты не знал в своей жизни радостей, но погоди, дядя Ваня, погоди… Мы отдохнем… (Обнимает его.) легла на голову Вани, а ноги отвела назад Мы отдохнем!
Стучит сторож.
Телегин тихо наигрывает; Мария Васильевна пишет на полях брошюры; Марина вяжет чулок.
Мы отдохнем! Занавес медленно опускается