24. Небо
Войницкий¶
(пишет) сидит за складным столом «Второго февраля масла постного двадцать фунтов… Шестнадцатого февраля опять масла постного двадцать фунтов… Гречневой крупы…»
Пауза. Слышны бубенчики.
Марина .¶
Уехал.
Пауза.
Соня¶
(возвращается, ставит свечу на стол) выходит из коридора, поднимается по ступенькам сцены и встает перед забором на блоке Уехал…
Войницкий¶
(сосчитал на счетах и записывает) Итого… пятнадцать… двадцать пять…
Соня садится и пишет.
Соня берет с черного подоконника бумаги и идет к лавке, но Ваня хватает Соню за руку, останавливая ее
Марина¶
(зевает) Ох, грехи наши…
Телегин входит на цыпочках, садится у двери и тихо настраивает гитару.
Войницкий¶
(Соне, проведя рукой по ее волосам) Дитя мое, как мне тяжело! гладит по голове О, если б ты знала, как мне тяжело!
Соня .¶
Что же делать, надо жить!
Пауза.
говорит через зал Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный-длинный ряд дней, долгих вечеров; Взяла его за руку будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба;
ИП развернулся на зал
Встала за Ваней будем трудиться для других и теперь, и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрем и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали,
Ваня положил голову на плечо Сони
что нам было горько, и бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся стоит на мосту и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, села на лавке, лицом в зал, спиной к Ване с улыбкой — и отдохнем. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно… (Становится перед ним на колени и кладет голову на его руки; утомленным голосом.) Мы отдохнем!
Телегин тихо играет на гитаре.
Мы отдохнем! схватила Ваню за руку, на столе Мы услышим ангелов, мы увидим все небо в алмазах, мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии,
Ваня упал головой в стол
гладит Ваню по голове которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую… (Вытирает ему платком слезы.)
Ваня развернулся в зал
Бедный, бедный дядя Ваня, ты плачешь… [!scene] (Сквозь слезы.) Ты не знал в своей жизни радостей, но погоди, дядя Ваня, погоди… Мы отдохнем… (Обнимает его.) Мы отдохнем!
Стучит сторож.
Телегин тихо наигрывает; Мария Васильевна пишет на полях брошюры; Марина вяжет чулок.
Мы отдохнем! [!scene] Занавес медленно опускается